собственност в гк рф

Иными словами, некорректно говорить о переводе указанного термина

Однако с такой точкой зрения нельзя согласиться, поскольку согласно статье 20 Конвенция, учреждающая ВОИС, была подписана в единственном экземпляре на английском, испанском, русском и французском языках, причем каждый текст равно аутентичен (т.е. подлинный).

В литературе была высказана точка зрения, и в настоящее время разделяемая некоторыми авторами, согласно которой употребление понятия «интеллектуальная собственность» во многом объясняется неправильным переводом соответствующего английского термина «property» как «собственность», а не как «имущество».

Поэтому российскому законодателю следовало бы, опираясь на конституционный принцип приоритета норм международного договора Российской Федерации перед нормами национального законодательства, использовать указанное определение понятия интеллектуальной собственности в своей законотворческой деятельности. К сожалению, этого не произошло.

В статье 2 (VIII) Конвенции, учреждающей ВОИС, дано полноценное определение понятия интеллектуальной собственности, имеющее для Договаривающихся Сторон характер императивной нормы и задающее общемировой стандарт в сфере правовой охраны результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации.

В статье 2 Конвенции, учреждающей ВОИС, сформулированы определения понятий, используемых в указанной Конвенции, в том числе упоминавшееся выше определение понятия интеллектуальной собственности. Это не простой перечень объектов интеллектуальной собственности, как утверждают некоторые авторы, имеющий рекомендательный характер для Договаривающихся Сторон — участниц Конвенции, учреждающей ВОИС.

Указанная позиция российского законодателя — явная концептуальная ошибка, поскольку интеллектуальная собственность, как это следует из международного договора, участницей которого является Россия (Конвенция, учреждающая Всемирную организацию интеллектуальной собственности 1967 г., далее — Конвенция, учреждающая ВОИС), — это права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, а не сами эти результаты и средства. Так, согласно статье 2 (VIII) Конвенции, учреждающей ВОИС, интеллектуальная собственность включает права, относящиеся к литературным, художественным и научным произведениям, изобретениям, промышленным образцам, товарным знакам, а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях.

Вместе с тем указанное толкование вступает в явное противоречие с новой редакцией статьи 128, измененной в результате принятия Федерального закона от 18 декабря 2006 г. N 231-ФЗ «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Вводный закон). В этой статье в качестве объектов гражданских прав помимо других объектов указаны охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность). Данная формулировка недвусмысленно подтверждает, что законодатель отождествляет интеллектуальную собственность с результатами интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации.

Из приведенного выше определения, далекого от совершенства с точки зрения стилистики и норм русского языка, следует, что законодатель использовал термин «интеллектуальная собственность» в значении категории права. Ведь комментируемую формулировку со всей очевидностью можно толковать следующим образом: результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации являются те из них, которым предоставляется правовая охрана в качестве объектов интеллектуальной собственности.

В пункте 1 указанной статьи приведен закрытый (исчерпывающий) перечень результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности).

Термин «интеллектуальная собственность» использован дважды в единственной статье 1225 ГК РФ («Охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации»).

К разряду спорных вопросов можно отнести такие основополагающие понятия в данной сфере правового регулирования, как «интеллектуальная собственность», «исключительные права», «интеллектуальные права». Последнее из этих понятий впервые закреплено в российском гражданском законодательстве.

Следует признать, что часть четвертая ГК РФ изобилует многочисленными спорными, а зачастую и ошибочными положениями, уже сейчас требующими оперативного вмешательства законодателя.

С завершением кодификации российского гражданского законодательства (т.е. с принятием раздела VII, являющегося единственным в части четвертой ГК РФ) не потеряли актуальность проводившиеся ранее дискуссии относительно различных аспектов правового регулирования результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации.

Еременко В.И., доктор юридических наук, начальник отдела права Евразийского патентного ведомства.

СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ» И «ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ ПРАВО» В ГРАЖДАНСКОМ КОДЕКСЕ РФ » Blog - Servitutis.Ru